Они ходили, как люди, были такого же роста и телосложения. Но огромные головы и детские лица выделяли их среди древних жителей Южной Африки. Они не прилетали с другой планеты, не возвращались из далекого будущего. Они жили несколько десятков тысяч лет назад, а потом неожиданно исчезли. Объем мозга этих загадочных существ, которых ученые назвали боскопами, превышал размер нашего мозга на треть. Потрясающе интересный объект для исследований? Да. Но вот уже полвека, как боскопы исчезли из поля зрения науки - еще в 1958-м антропологи решили, что в ископаемых останках этих гоминидов нет ничего необычного.

Несколько недель назад боскопы неожиданно «воскресли»: Гари Линч и Ричард Грэйнджер, известные американские специалисты по нейрофизиологии, опубликовали книгу «Большой мозг: происхождение и будущее интеллекта человека». Авторы предположили, что боскопы благодаря объему мозга обладали такими возможностями, что и сейчас недоступны человеку. Антропологи приняли книгу в штыки, ведь ее авторы даже несведущи в антропологии. «Всё это похоже на миф об атлантах», - пишет в своем блоге профессор антропологии Университета Висконсин-Мэдисон Джон Хокс. Спор о боскопах, разгоревшийся с новой силой спустя много лет, сначала кажется банальной перепалкой между профессионалами и дилетантами, посягнувшими на святое. На самом деле, речь идет о попытке ученых разобраться в эволюции мозга и, может быть, решить старый вопрос: влияют ли размеры черепа на функциональность его содержимого? Иными словами - можно ли провести параллели между объемом и интеллектом?

О том, что боскопы существовали, научному сообществу стало известно осенью 1913-го, когда директору музея в Порт-Элизабет (современная территория ЮАР) Фредерику Фитцсимонсу принесли несколько обломков старых костей. После выезда на место находки в окрестности города Боскоп Фитцсимонс решил, что это куски черепа, причем непропорционально большого. Череп принадлежал человеку, который жил в Африке от 30 000 до 10 000 лет назад и при росте 170 см у него был объем мозга 1800–1900 см3 - это на 30% больше среднего объема мозга современного человека. В 1915 г. Фитцсимонс опубликовал в журнале Nature сообщение о находке.

Считается, что ко времени появления боскопов эволюция человека давно завершилась и на Земле правил современный Homosapiens. Однако палеонтолог Роберт Брум, работавший тогда в Кейптауне, предложил выделить большеголовых людей в особую группу - Homo capensis (буквально: «человек с мыса», от названия Восточной Капской провинции, где располагается Боскоп). В качестве тривиального названия начали употребляться сочетания «боскопский человек», «боскопоид», «боскоп». Впоследствии нашлись и другие останки, которые отнесли к той же группе.

Знаменитый антрополог Раймонд Дарт, открывший австралопитека, посетовал в 1923 г., что научное сообщество, отвлеченное спорами вокруг пильдаунского человека (найденные в Великобритании останки человека с обезьяньими чертами, которые впоследствии оказались подделкой) и Первой мировой войной, не уделяет должного внимания боскопам. Дарт подробно описал находки и доказал, что большой мозг боскопа - не результат гидроцефалии. Для этих людей большая голова была не болезнью, а нормой. Несмотря на его усилия, о боскопах опять забыли.

В следующий раз о них вспомнили в 1958 г., причем дважды. Эссеист Лорен Айзли написал о боскопах восторженное эссе «Человек будущего», а антрополог Рональд Сингер безо всякого восторга предпринял попытку их «похоронить». В своей статье Сингер показал, что выделять боскопов в отдельную группу, как это сделал Брум, и тем более называть их «боскопской расой» нет никаких оснований. По мнению Сингера, отбор черепов в «боскопскую» группу проводился без применения необходимых критериев: туда попадал всякий большой старый череп.

После статьи Сингера боскопы оставались в почти полном забвении еще 50 лет, пока не вышла книга Линча и Грэйнджера. «Первая моя встреча с боскопами произошла более 40 лет назад, - говорит Линч. - Отрывок из книги Айзли меня просто очаровал». Айзли в итоге попал в список литературы к книге Линча и Грэйнджера, а вот Сингер такой чести не удостоился, хотя его статья тесно связана с цитируемыми работами Брума и Дарта.

Вторжение специалистов по наукам о мозге в чужую область вызвало возмущение многих антропологов. Ничто так не раздражает антропологов, как выделение новых видов и разрушение тем самым сложившейся у них стройной картины мироздания. Лет десять назад, когда были сделаны первые находки в грузинском местечке Дманиси, грузинские антропологи сразу решили, что открыли новый вид человека, жившего около 1,8 млн лет назад. И назвали его человеком грузинским (Homo georgicus) - это сразу вызвало смех во всем научном сообществе. Теперь антропологи критикуют Линча и Грэйнджера. Известный специалист Тим Уайт из Калифорнийского университета в Беркли считает, что ни о каком боскопском виде и говорить нельзя. А Джон Хокс, раскритиковавший нейрофизиологов в своем блоге, хотя и признался, что еще не читал книгу, но сообщил, что уже издательская аннотация вызывает у него сильное недовольство.

Хокс подчеркивает: все гипотезы о «боскопской расе» полностью развеял еще Рональд Сингер. Находка в окрестностях Боскопа, по его мнению, - это всего лишь большие черепа представителей современной койсанской расы, объединяющей живущих в Южной Африке бушменов и готтентотов: «Эти люди никуда не исчезали - они по-прежнему с нами!» «Замечания Хокса смотрятся довольно нелепо», - обижается Линч. «В нашей книге даже не упоминается “боскопская раса”, - подтверждает Грэйнджер. - И мы вовсе не постулируем, что боскопы принадлежат к новому виду. В центре внимания в книге не только боскопские черепа, но и многие другие большие черепа возрастом около 10 000 лет. Боскопские - одни из самых больших, поэтому мы, естественно, уделили им много внимания. Наши мысли, конечно, смелые, но для теоретического анализа - самое то».

Мысли и вправду смелые: если мы намного умнее человека прямоходящего (Homo erectus), у которого мозг меньше нашего на 350 см3, то, по мнению ученых, логично предположить, что боскопы, чей мозг превышает наш на 400 см3, были на столько же умнее нас. «Появляется всё больше работ по визуализации мозга, в которых утверждается, что между объемом мозга и IQ есть некоторая корреляция», - говорит Гари Линч. Авторы осторожно предполагают, что коэффициент умственного развития у боскопов в среднем должен быть равен 149 (считается, что у среднего человека - 100).

Впрочем, директор НИИ и Музея антропологии МГУ Александра Бужилова утверждает, что нельзя говорить об интеллекте, оперируя только объемом, массой или размером мозга. «Вспомните хрестоматийные примеры: Анатоль Франс и Иван Тургенев, - говорит она. - У первого мозг был до неприличия мал, у второго велик и уступал по массе, пожалуй, только мозгу Байрона. И в то же время интеллект каждого из этих людей, несомненно, был высок».

Линч и Грэйнджер в подтверждение своей позиции говорят: отличия мозга боскопов и современных людей не ограничивались общим объемом. У боскопов были очень сильно развиты лобные доли, объем их превышал объем долей современного человека в полтора раза. Именно на эти отделы мозга приходится значительная часть интеллектуальной деятельности.

По гипотезе авторов, у приматов увеличение мозга затрагивает в первую очередь ассоциативные области коры, в которых находятся нейронные сети особого вида, так называемые сети со случайным доступом. Используя компьютерные модели поведения таких сетей, Линч и Грэйнджер смогли предположить, в чем состояли отличия мыслительных способностей боскопа и современного человека.

Во-первых, у боскопов в одной «мысли» содержалось больше информации. Любой мысленный образ состоит из множества деталей: к примеру, сколько людей присутствовало на встрече, какие звуки раздавались где-то на заднем фоне, какого цвета были обои. У боскопов мир воспоминаний был богаче: там, где обычный человек запомнил бы лишь картинку, боскоп сохранял в памяти звуки и запахи.

Во-вторых, благодаря более развитой нейронной сети боскопы обладали большей возможностью для ассоциаций. Они могли усмотреть связи между событиями и фактами, до которых обычному мозгу было бы дойти очень трудно. А это умение находить неочевидные связи очень важно. «Вспомним, как Ньютон связал падение яблока с гравитацией», - приводит пример Линч. В-третьих, боскопы лучше могли параллельно обрабатывать несколько потоков информации. «Расширенные сети обеспечивали им возможность вести беседу и при этом сознательно размышлять о другой задаче», - предполагает Линч. Боскопы лучше анализировали сложные ситуации с большим числом возможных исходов. У них гораздо дольше сохранялись в неприкосновенности старые воспоминания: при необходимости боскоп мог мысленно восстановить самого себя в более раннем возрасте - человеку это умение почти недоступно. «Интересные предположения. Действительно, очень важно понять, какие способности может дать большой мозг», - говорит нейрофизиолог из Университета Вашингтона в Сиэтле Уильям Кельвин.

Не вполне понятно, почему эти загадочные люди, которые, по мнению авторов книги, уже потенциально могли писать стихи и сочинять музыку, прожив всего около 20 000 лет, исчезли с лица Земли (если корректнее - почему их потомки не могут похвастаться таким большим мозгом). Может быть, огромный мозг требовал такого количества энергии, которое не мог обеспечить их рацион. Может быть, родить ребенка с таким гигантским черепом было слишком сложно. Может, они появились слишком рано, когда совершенный мозг еще не представлял эволюционного блага: не хватало «внешнего носителя знаний», культуры, которая позволила бы полностью применить его потенциал. Антропологи, изучившие останки боскопов, давно пришли к выводу: несмотря на большую голову, эти гоминиды имели маленькие, можно сказать детские, лица. Таким явлением - сохранением детских черт во взрослом возрасте - иногда сопровождаются быстрые эволюционные изменения.

«Вполне возможно, что природа на боскопах опробовала один из вариантов эволюции мозга, - считает доктор биологических наук, руководитель отдела эмбриологии НИИ морфологии человека РАМН Сергей Савельев. - Однако эта попытка была заранее обречена на провал. Слишком много энергетических затрат на поддержание такого мозга, и слишком мало преимуществ он дает. Нам и сейчас вполне достаточно такого мозга, который мы имеем, для решения текущих задач».

Сами авторы книги, словно издеваясь над коллегами-антропологами, дают свою версию вымирания большеголовых гоминидов: возможно, боскопы исчезли именно благодаря своим повышенным аналитическим способностям. Просчитав гораздо больше вариантов своего развития, чем смог бы современный человек, они просто пришли к выводу, что ничего хорошего их не ждет, и прекратили бороться за выживание.