Завоевав природу человек начинает превращаться в самого настоящего "царя Вселенной". Взглянем, однако, на обратную сторону медали, и мы увидим, что в этом победоносном шествии человека к господству есть несомненные черты, указывающие скорее на некоторый регресс, чем на подъем.

Одной из черт современной культуры является дрессировка и укрощение диких животных. Сейчас в любом зоопарке или другом зверинце можно посмотреть на дрессированных животных, от грызуна-крысы, до чего то более солидного.

Но ведь это – не больше, чем исключения. Самым покорным диким зверям не доверяют: их держат взаперти, в клетках; каждый дрессировщик имеет оружие, - и практика показывает, что не зря. Иногда бывает достаточно самого незначительного обстоятельства, чтобы дикая природа укрощённого зверя вырвалась наружу.

Вспомним рассказ о фараоне Рамзесе Втором, использовавшем в битвах огромную стаю дрессированных львов. И эти львы были так хорошо знакомы со своим делом, что всю свою свирепую силу они обрушивали на врагов фараона, не трогая самих египтян. Как много усилий нужно было со стороны надсмотрщиков этих львов, чтобы выучить этих кровожадных зверей отличать врагов от египтян.

Что это было не легко, видно уже по редкости применения львов. Хотя искусство подчинения животных было, по-видимому, давным-давно, рассказов о ручных львах мы почти не видим. Все случаи такого укрощения, видимо, возбуждали необычайный интерес и потому запоминались. В Библии есть рассказ о Данииле, кинутом в львиный ров.

В последующих временах, мы находим у римских классиков известный рассказ об Андрокле, которых в поисках спасения от хозяина, убежал в Ливийскую пустыню будучи в пещере встретил огромного льва, страдавшего от занозы. Неожиданная встреча эта, однако, кончилась миром: беглец вытащил занозу, – и с тех пор приобрёл в своём четвероногом пациенте не только грозного защитника, но и кормильца, который приносил пищу. Когда же раб был пойман и приговорен в растерзанию в цирке. На него натравили льва, и каково же было изумление зрителей, когда свирепый зверь, не причинив несчастному рабу никакого вреда, ласково улёгся у его ног! Оказалось, что этот лев – тем львом, с которым раю жил в пустыне!

В средние века, эпоху всеобщего застоя, искусство укрощения диких зверей постигла общая участь многих знаний: все было совершенно забыто. Крайне редко предания передают нам рассказы о замечательных случаях приручения зверей. У Генриха Льва был ручной лев, совершенно неразлучный с хозяином. Настолько неразлучный, что не смог жить без хозяина и умер на его могиле.

Гораздо лучше дела обстоят в теме приручения слонов. Смышленый зверь благодаря своему уму и, в общем, добродушному характеру, спокойно идет на контакт, и все ещё имеет с людьми связь. В древности же слоны играли выдающуюся роль на войне. Эти гиганты не только заменяли коней, но и представляли собою маленькие подвижные крепостцы, где прятались бойцы. Покорные боевые слоны шли в битву и сами по себе представляли уже довольно грозную силу, а сидевшие в беседках на их спинах стрелки стреляли из луков, оставаясь в безопасности. Кстати, многим выигрышем в битвах с римлянами были обязаны карфагеняне слонам! Даже строгая дисциплина римлян сдавала под напором этих гигантов.

Достоинства слонов как боевой силы были замечены и практичными англичанами. Они нашли место в индийской армии. Здесь целые батареи, были водружены на выносливых гигантов.

В общем и целом, применение зверей на войне с течением времени сходило на нет, и теперь разве одни военные собаки, да и только как разведка, поддерживают былую славу зверей-воинов.